|
|
текст беседы о Симоне Вейль - часть 1
Елена Фанайлова: 3
февраля исполняется 100 лет со дня рождения французской мыслительницы, философа
Симоны Вейль, о которой Сергей Аверинцев сказал: «Если XXI век будет, то есть
если человечество не загубит своего физического или нравственного, или
интеллектуального бытия, не разучится вконец почтению к уму и к благородству, я
решился бы предположить, что век этот будет в некоем существенном смысле также
и веком Симоны Вейль». За
нашим столом – Анна Ильинична Шмаина-Великанова, доцент Центра изучения религий
Российского государственного гуманитарного университета, специалист по раннему
христианству, редактор книги Симоны Вейль «Тяжесть и благодать», которая совсем
недавно вышла в России. Переводчик книги
«Тяжесть и благодать» Наталья Ликвинцева, старший научный сотрудник
Библиотеки-фонда «Русское зарубежье». Переводчик и социолог Борис Дубин,
кандидат философских наук Олег Аронсон и священник, историк Яков Кротов,
ведущий программы «С христианской точки зрения» Радио Свобода. Я
бы хотела, чтобы мы сейчас послушали в записи мнения специалистов из Парижа.
Литературовед и культуролог Галина Наумова, преподаватель Европейского
университета в Париже. Галина Наумова: Симона Вейль
принадлежит к удивительным, загадочным женщинам-интеллектуалам в истории ХХ
века. Эстетическая анархистка, христианская мученица, радикальный критик
общества, пацифистка и добровольная участница Гражданской войны в Испании и
антифашистского сопротивления. Ее недолгая жизнь – она прожила всего 34 года –
полна противоречий и ярких событий. Но прежде всего - мучительного творческого,
духовного и нравственного поиска. Весь опыт ее жизни научил ее «любить
Божественную любовь, которая противостоит боли и мукам», - это слова самой
Симоны Вейль. После нее осталось 6-томное издание сочинений в издательстве
«Gallimard». Симона
Вейль родилась 3 февраля 1909 года в Париже, в семье еврейских интеллигентов,
отец ее был врачом. Получила либеральное воспитание, изучала философию в Лицее
Генриха IV в Париже и преподавала затем. В 30-ые годы она примкнула к
анархо-синдикалистскому движению, основной идеей которого было соединение
антиавторитарного индивидуализма с пролетарским коллективизмом трудового
человека. И следуя своим убеждениям, Симона работает на фабрике, взяв
специально отпуск от преподавания философии, и пишет свой рабочий дневник.
Работа на фабрике приводит ее к полному физическому и моральному истощению, а
после этого она длительно отдыхает в Швейцарии, Испании, Португалии[1],
где впервые близко соприкасается с католицизмом. После своего ранения в
Гражданской войне в Испании[2]
она возвращается во Францию. И в конце 30-ых годов, во время пребывания в
бенедиктинском монастыре переживает сильный мистический опыт, и постепенно,
вследствие этого, ее интерес к христианству все более растет. В 1940 году,
когда немцы вошли во Францию, Симона бежит вместе с родителями из Парижа в
Марсель. И в 1942 году уезжает в Нью-Йорк. А в Нью-Йорке она была членом
освободительного комитета Шарля де Голля[3].
Затем возвращается в Европу, и с 1943 года активно участвует в борьбе
антифашистского сопротивления. В августе 43-го Симона умирает от истощения и
туберкулеза в английском санатории. В
центре ее философской системы находится понятие «le désir» - это желание в
философском, широком понимании. В возрасте 14 лет она поняла, что духовные
блага есть то единственное средство, благодаря которому мы получаем ответ на
все наши желания. И Симона свято верила в эту истину. Тогда она была гностиком
и стоиком, а эта традиция означала, естественно, и солидарный альтруизм – жизнь
и страдания для эмансипации других. И понятие «правда», «la vérité», она
воспринимала как контакт с реальной жизнью. То есть с жизнью униженных и
оскорбленных, как у Достоевского, с жизнью отверженных, как у Гюго, солдат,
рабочих, крестьян, заключенных и так далее. Для нее было пыткой всю жизнь жить
с осознанием мировой несправедливости и того факта, что слабые почти всегда и
везде угнетены сильными. От этой мировой боли у нее, в прямом смысле слова,
страшно болела голова. Всю жизнь ее мучили очень сильные мигрени. На своем
опыте она перенесла муки унижения, лишения. В своей философской системе она
занялась такими понятиями, как «свет» и «тяжесть». Цитата: «Две силы владеют
миром – свет и тяжесть». Не тьма, а тяжесть. Но боль и тяжесть, и страдания в
жизни, в философии Симоны Вейль превращались в благо. Цитата: «Если постигаешь
полноту радости, то видишь, как страдание превращается в радость, как
исполнение желания голодного насытиться». Позднее под названием, вот под этим
термином « la vérité», «правда», она провела глобальное исследование таких
понятий, как «красота», «добро». И все это произошло до того, как она впервые
прочитала Евангелие. Ее идея состояла в том, что в сердце человека всегда живет
потребность абсолютного добра, и он не теряет эту веру, даже пройдя через все
страдания и преступления. И именно это и есть сакральное в человеке. И
в заключение мне хотелось бы привести несколько ее знаменитых афоризмов.
«Насилие превращает человека в вещь». «Истинное назначение науки – это
постижение красоты мира». [1] Длительно отдыхать Симона Вейль никогда не умела. Периодами такого отдыха были: лечение ожога в испанском госпитале в 1936-ом, поездки на несколько дней в Швейцарские Альпы (покататься на лыжах – редкое удовольствие для француженки) и в Голландию (увидеть подлинные работы Рембрандта), а также два путешествия по Италии в 1938 г. В Португалии в том же году она работала, вместе с деревенскими батраками, на уборке винограда. – Прим. П. Е. [2] Ранение заключалось в том, что, работая на кухне, Симона опрокинула себе на ногу кастрюлю с горячим маслом. В боевых действиях ей, к счастью, не пришлось участвовать. – Прим. П. Е. |
|